Заступничество руководителя «Офиса за демократическую Беларусь» за ряд белорусских чиновников, которым закрыта дорога в Евросоюз, вызывает удивление у коллег по цеху. О мотивах определения «прощенных» можно только догадываться.

 Предложение руководителя действующего в Брюсселе «Офиса за демократическую Беларусь» Ольги Стужинской сократить список невъездных в Евросоюз белорусских чиновников, исключив из него ректоров вузов, некоторых журналистов и тех представителей власти, кто уже лишился своих портфелей, вызвало весьма бурную реакцию у белорусских политиков и общественных деятелей.

Объяснение самой г-жи Стужинской , что данная инициатива обусловлена «отсутствием влияния санкций на внутреннюю политическую ситуацию в Беларуси» отнюдь не пролило свет на то, с какой такой радости данная идея возникла именно сейчас, сколько адептов за ней стоят и по какому принципу отбирались некоторые граждане, ныне не имеющие допуск в ЕС, но способные рассчитывать на смягчение санкций. С этими вопросами «Ежедневник» обратился к главе Рады международного консорциума «ЕвроБеларусь» философу, методологу Владимиру Мацкевичу:

- Разумеется, эта деятельность Ольги Стужинской не может не вызывать удивления. Во-первых, действия, которые предпринимают лоббисты во главе с Ольгой Стужинской в Европе не поддерживаются гражданским обществом Беларуси. В гражданском обществе Беларуси этот вопрос не обсуждался и, насколько я знаю, никаких полномочий от сколь-нибудь значительных общественных организаций у Ольги нет. То есть это инициатива либо самой Ольги, либо небольшой группы людей. Удивление вызывает также список граждан, санкции в отношении которых предлагается отменить. Если вести речь о ректорах вузов, то это можно объяснить. Ольга занимается сейчас программой контактов белорусских чиновников со структурами Евросоюза. И, конечно, санкции мешают ее деятельности. Поэтому легко предположить, что лоббирование исключения ректоров из списка невъездных объясняется актуальной деятельностью Ольги Стужинской. Но как в ее список попадают люди вроде Владимира Пефтиева – это, мягко говоря, загадка, которая наводит на дурные размышления. Лоббирование интересов олигархов никогда не бывает бескорыстным и почти всегда имеет смысл предполагать определенный интерес. Не имея никакой информации о том, откуда возникла данная инициатива, не хочется строить скороспелых предположений. Но гипотеза напрашивается сама собой.

Кроме того, настораживает деятельность Ольги Стужинской от имени какого-то более широкого количества людей, чем сама Ольга и ее офис. Если мы прилагаем огромные усилия для того, чтобы как-то скоординировать, консолидировать белорусское гражданское общество, дабы в стране и за рубежом звучала действительно позиция этого общества, то есть мнения, разделяемые большинством или большим крылом организаций третьего сектора Беларуси, то у Ольги постоянно просвечивает желание выдать собственное мнение за позицию какого-то количества белорусских структур. Не думаю, что такого рода лоббизм идет на пользу белорусскому гражданскому обществу. Скорее, наоборот, я склонен рассматривать такие действия как деструктивные, манипулятивные и политиканские.

- Белорусское гражданское общество никогда не было сплоченным и монолитным. Но можно ли говорить об очередном разладе в сфере НГО?

- Для стороннего наблюдателя происходящее, действительно, может выглядеть как череда очередных разногласий в белорусском гражданском обществе. Хотя, для людей, включенных в его процессы, давно известно, что у Ольги Стужинской есть особое мнение. Благодаря наличию «офиса» в Брюсселе и широким связям у нее есть возможности время от времени вовлекать в свои действия еще несколько людей. Но, тем не менее, это не является какой-то необычной ситуацией. Разногласия, расхождения во взглядах и мнениях в гражданском обществе – явление нормальное и обычное. Поэтому ничего чрезвычайного в этом смысле здесь нет.

Вместе с тем, она не может не знать о действиях Болонского комитета. Он работает под эгидой Национальной платформы Форума гражданского общества и предпринимает большие усилия на европейском уровне для того, чтобы побудить систему высшего образования Беларуси к реформированию. И санкции против ректоров вузов также являются элементом давления, побуждающим к реформам. А действия Ольги идут в разрез с такой позицией. Опять же, в этом нет ничего необычного. Каждый представитель гражданского общества может иметь собственное мнение и предпринимать собственные действия. Но не обращать внимание на то, что действия Болонского комитета кардинальным образом расходятся с действиями «Офиса за демократическую Беларусь» невозможно.

То есть, в очередной раз мы имеем дело с разнобоем в действиях гражданского общества. И такого рода действия снижают эффективность гражданских кампаний в Беларуси.